Лесное «Сколково»: нужен ли лесной отрасли свой научный кластер?

В предыдущем материале мы взглянули на проблему с инновациями в лесной отрасли Сибири. Но высокие технологии необходимы для развития экономики и лесного хозяйства по всей России. И кое-какие шаги предпринимаются уже на самом верху.

От слов к делу

Реформа в отрасли давно необходима. Решение этого вопроса включено в государственную программу по развитию лесного хозяйства, которая рассчитана на 8 лет и уже утверждена Министерством природных ресурсов России 5 декабря 2013 года на заседании Общественного совета.

Вопрос реформирования вовсю обсуждается, и совсем недавно на заседании министров с докладом выступил председатель правительства Дмитрий Медведев, где отметил особо важные моменты лесной отрасли России, которые в первую очередь требуют реформирования. По его словам, страна владеет огромным потенциалом в данном сегменте, и чтобы использовать его по максимуму, необходимо провести мероприятия по модернизации не только в технической и технологической сферах, но и в организационной. Для этого он предложил обратить особое внимание на органы лесоуправления в регионах России, которые требуют укрепления, с их помощью лесной контроль и надзор должны быть усилены.

Пополнение бюджета за счет платежей от использования и увеличения объема лесозаготовок — еще одно идейное направление, высказанное на заседании. Помимо рационализации использования лесных ресурсов глава кабинета министров призывает прежде всего к необходимости навести порядок в отрасли, поставить на кадастровый учет все имеющиеся лесные угодья, описать и занести их в реестр. 

Не секрет, что в течение последних нескольких лет состояние науки и образования в лесной отрасли оставляет желать лучшего: потеряно много научных кадров. По недавним подсчетам, численность сотрудников сократилась в пять раз всего за десять лет. После реализации госпрограммы ситуация с кадровым потенциалом должна быть изменена.

Финансирование программы по реформированию в лесной отрасли планируется из трех источников: больше половины средств обеспечит государственный бюджет (это около 265 млрд рублей); также ожидается, что вклад арендаторов составит около 140 млрд рублей, и около 67 млрд рублей планируется получить из регионов.

Актуальность формирования научно-образовательно-производственных кластеров

Говоря об инновациях в любой области, прежде всего имеют в виду научные знания и человеческий фактор, этими знаниями оперирующий и правильно их применяющий. Как вы уже поняли, проблема научного и кадрового обеспечения в лесной отрасли налицо, но как оценить, насколько дела плохи? 

Для начала необходима оценка системы подготовки нужных кадров, ну и оценка самих потребностей лесной отрасли, ради удовлетворения которых подготовка специалистов и производится. Уже здесь наталкиваемся на изначально неправильную ориентацию образовательной системы. Еще с советских времен принято единовременно получать образование, которое обеспечивало бы работой на всю жизнь. Однако, как показывает практика и традиционная оценка потребностей в профессиях и специальностях, в рамках современного технического и технологического развития необходимо подготавливать специалистов, которые бы совершенствовали свои знания и навыки пропорционально темпам, с которыми шагает вперед прогресс. К тому же сейчас все больше требуется многопрофильных специалистов, которые, например, могли бы не только управлять лесозаготовительной машиной, но и вовремя починить ее, а также самостоятельно определить, какие именно деревья стоит валить и в каком количестве. 

По данным за прошлый, 2013 год, лесная сфера насчитывала по всей России около 35 тысяч открытых вакансий, среди которых не менее 15 процентов приходилось на долю новых созданных рабочих мест с определенными требованиями к профессиональным навыкам работников. По имеющимся данным можно сделать вывод, что каждый год учебные заведения должны осуществлять подготовку и повышать квалификацию минимум 20 тысячам специалистов. А что имеем по факту?

Сейчас обеспечением инженерных кадров занимаются примерно полсотни вузов в стране, еще полторы сотни средних профучреждений подготавливают «технарей». Но вот что интересно, все лесные направления в большинстве учебных заведений являются не профильными, а лишь дополнительными, и по пальцам можно пересчитать университеты и техникумы, занимающиеся подготовкой конкретно «лесных» специалистов. Опять же, согласно экспертной оценке, качество образовательной деятельности не соответствует запросам работодателей, всего половина выпускников проходит отбор по критериям, и лишь пятая часть всех молодых специалистов может приступать к работе сразу после выпуска из учебного заведения без дополнительной подготовки.

Что касается научно-исследовательской деятельности, то вузы и частные организации в принципе охотно ею занимаются. Только вот государственной проектной деятельностью за счет госбюджета решаются задачи в основном поискового и фундаментального характера, частными структурами решаются проблемы собственных предприятий, а те разработки, которые реально требует лесная отрасль, остаются без внимания. Да и вообще объем научно-исследовательских работ и публикаций по «лесным» темам за прошлый год снизился более чем в два раза. Также инжиниринговые услуги, столь востребованные отраслью, оказываются российскими компаниями только в 10% случаев, остальную долю рынка занимают либо иностранные компании, либо их российские представительства.

Еще одним показательным примером могут служить результаты отборов конкурсов по инновационным проектам за прошлый год. Только представьте себе, в рамках программы «Развитие кооперации российских вузов и производственных предприятий» всего поддержано было более двухсот проектов, но к лесной отрасли из них относилось лишь пять. По проекту развития инновационных территориальных кластеров было отобрано 25 программ, и ни одна из них даже косвенно не затрагивает лесной комплекс. Единственным направлением среди перечня технологических платформ является биоэнергетика.

Получается, что даже для текущих потребностей лесной отрасли не подходит имеющаяся система кадровой и научной подготовки, что уж тут говорить про инновации? Другими словами, нужно срочно менять сами принципы образования и профессиональные стандарты. Конечно, одной из причин такой неутешительной ситуации является постоянная нехватка бюджетных денег и предпринимательских вкладов. Для инвесторов эта отрасль не выглядит привлекательной из-за отсутствия видимой отдачи в краткосрочном периоде. При этом правительством определяется задача крупномасштабного инновационного рывка в лесной экономике, в рамках которой реформа должна затронуть существующие системы образования, для чего и запущены государственные программы. Но тут возникает трудность в определении нового образца кадрового и научного обеспечения. Зарубежный опыт мы применить не может по политическим и социально-экономическим причинам, следовательно, остается развивать собственные направления, основываясь на положительных тенденциях многолетних практик. Идеальным вариантом фундамента могут послужить университетские комплексы, которые со временем перейдут в кластеры, объединяющие в себе науку, образование и производство. Они однозначно послужат одинаково полезно всем трем направлениям и могут быть дифференцированы по территориальному и тематическому принципам. Также такой вид деятельности явно поможет сократить затраты на инновационную деятельность, повысив при этом эффективность от взаимодействия структур и сосредоточенности ресурсов в одном направлении. Автоматически возрастет конкурентоспособность лесной отрасли и ее привлекательность в глазах инвесторов, так как предприниматели станут участниками кластера и сразу же начнут получать от этого натуральную прибыль.

Сегодня уже можно наблюдать, как некоторые университеты постепенно самостоятельно образовывают кластерные структуры. В интересах государства в целом, и лесной отрасли в частности, как можно скорее стимулировать и направить эти процессы в нужное русло. Необходимо понимать и развивать мысль о том, что только объединение усилий приведет к нужным результатам, обособленность комплексов не приведет ни к чему хорошему. Так уж сложилось в России, что все университеты существуют сейчас в условиях конкуренции — конкурируют они меж собой за абитуриентов, научные гранты, бюджетные средства — такой путь не приводит к развитию, а наоборот.  И первое время для всеобщего блага придется прямо-таки «заставлять» работать сообща работников и учебных, и научных учреждений.

Зеленое «Сколково» от Рослесхоза

Не так давно в речевом обиходе лесных хозяйств появилось интересное определение — «Совет молодых ученых Рослесхоза» (СМУР). Что это? Та ли эта перспектива для лесных хозяйств, о которой с большой надеждой призывал подумать премьер министр России?  

А если серьезно, то предметом деятельности данной организации является «всестороннее содействие профессиональному росту, повышению научно-исследовательской и проектно-инновационной активности, решению профессиональных и социальных проблем молодых ученых Рослесхоза».

Миссией для себя данная организация выбрала содействие в подготовке динамично развивающихся научно-исследовательских и проектно-инновационных изысканий, основанных на инициативе и самоорганизации коллектива молодых ученых Российской Федерации. Как и у всех миссий, у организации есть одна конкретная, на мой взгляд, цель, — это повышение активности и содействие профессиональному росту молодых ученых, о которых государство думает меньше, чем о ресурсах, которые эти самые ученые и призваны восполнять и сохранять в созидательном русле. Нужно ли нам «лесное Сколково»? Думаю, да. Посудите сами: миллионы бюджетных средств идут на ликвидацию стихийных явлений, уничтожающих лесные ресурсы России. 

Проблема лесных пожаров и ущерба от них стала чуть ли не основной темой во время пожароопасных сезонов 2010-2012 годов, когда статистика ставила шокирующие антирекорды. Завися в то время от скудных природных осадков, бюджеты всех уровней несли большие убытки. К примеру: по данным МЧС РФ, ущерб от лесных пожаров на то время составил более 126 млрд рублей. Для сравнения хочется привести цифры затрат на такой актуальный и знаковый для России проект (извините за тавтологию), как научный центр «Сколково» — около 120 млрд рублей. Уже сейчас хочется взять затраченные на борьбу со стихией средства и создать (раз и навсегда) свое «зеленое» «Сколково», дабы последнее тушило пожары не водой и песком, а потоком научных изысканий, которые в краткосрочной перспективе в будущем позволили бы сэкономить государству приличный процент в казне. Есть у государства такая возможность? Конечно, есть. Вернувшись к вышеупомянутому СМУР, хочу отметить, что количественный потенциал данного Совета составляет порядка 140 человек, имеющих свои молодые корни в подведомственных Рослесхозу организациях. Задачи совета состоят из направлений на разработку и представление Рослесхозу проектов и решений по основной научной деятельности ученых молодого поколения, а также участие последних в прикладных и фундаментальных исследованиях по профильной тематике Федеральных лесных агентств. Помимо этого, огромный вклад СМУР вносит в содействие организации использования и продвижения научных достижений молодого поколения ученых в лесохозяйственном производстве. Проблемы молодой научной среды можно характеризовать несколькими пунктами:

а) Налаживание связей молодого поколения ученых Рослесхоза с НИИ и научными сообществами, а также поддержание и развитие уже налаженных контактов с вузами и ведущими практиками из области лесного хозяйства.

б) Своевременное обеспечение полезной информацией о запланированных научных конференциях и семинарах, а также других мероприятиях познавательно-научного содержания.

СМУР по мере своих возможностей пытается решить эти две проблемы, а также вовремя информирует подопечный контингент о финансовых фондах, оказывающих спонсирование новых проектов и изысканий.

 

Автор: Сергей Чернышов